История
Татьяна Фролова
Спектакли
Архив спектаклей
Фестиваль "Перспектива комнаты"
Пресса
Превращения КнАМа
анАТОМия мутантов
Уроки чувств
"Великое вблизи неуловимо..."
Сидишь в темноте и замирании...
Реанимация дадаизма...
ДАДАизму - ДА - ААА!
Говорящие тела
Действительно это чудо
Метаморфозы
4 фестиваль "Пассаж" посвящен странам Восточной Европы
"Пассаж" с остановкой в Косово
Успех "Метаморфоз"
Le theatre russe, un drame...
Татьяна Фролова живет в Комсомольске-на-Амуре





сидишь в темноте и замирании...

Ольга Карчевская
"Вечерний Комсомольск", 8 ноября 2000г.

Сидишь в темноте и замирании... Люди рядом на черном полу содрогаются в одиноком оргазме и тут же горько прячут лица в ладони. Накрывает, облепливает глобальное, всепожирающее одиночество - зияющие глазницы нашего времени. Это, в числе прочего, можно уловить, присутствуя на премьере спектакля "Реанимация дадаизма". Театр КнАМ открыл свой 15-й сезон...

"Дада-чего?" - спрашивают видевшие рекламку спектакля. В холле, в рамочке на стене, гости КнАМа читают: "Дадаизм - одно из направлений абстрактного искусства 1916 по 1926 гг). Это течение вошло в историю культуры как бунтарское направление, разрушившее традиционные изобразительные приемы, и существенно обновившее технику письма. Возникнув как литературное течение, это направление искусства проявлялось и в живописи, и в фотографии, и в скульптуре.

Само название настраивает на игру, на французском "дада" - детская игрушка в виде коня, на немецком "будь добр, слезь с моей шеи", у детей - лепет. По-русски "Дада" (да-да) - двойное утверждение. Несмотря на задачу всеобщего отрицания, дадаизм был связан с эстетикой современных ему художественных течений. Его представители смогли нащупать основу будущих художественных течений и придумать некоторые совершенно новые приемы и формы творчества - такие, как коллаж, "аэрограммы", "реограммы". Дадаисты первыми стали представлять обыденные предметы как объекты искусства. "История мировой культуры". Справочник школьника.

Гостям становится легче. Напряжение от непросвещенности в дадаизме заметно ослабевает. Они дарят юбилярам цветы и конфеты, шумно текут в фойе. Там режиссер Татьяна Фролова выдает лекцию о дадаизме и, что весьма рационально, разрешает зрителям смеяться во время спектакля: "Я прошу отнестись к спектаклю с юмором, нам кажется, что он очень смешной". Действительно, комсомольскому зрителю нужно говорить "лопата", иначе он, не зная, как реагировать на происходящее, потеряется в дебрях абстрактности и концептуализма. Хотя приятно с облегчением оговориться, что это исключения, скорее. В большинстве своем зритель отборнейший. "Покорив комсомольского зрителя, - признается Фролова, - европейцев я завоюю с легкостью. Комсомольский - он самый привередливый. Там, где, допустим, французы устроят стоячую овацию, наш зритель скажет. "Ну, ниче. Ну и че?"

Возможно, восторженных, захлебывающихся криков не получается, потому что зрителей (сужу, простите, по себе) оковывает магия маленького и в то же время безразмерного, как черная дыра, зала. Говорить не можется потом часа два. Гипноз состоит в том, что спектакли КнАМа разыгрываются не на сцене - в голове зрителя, актеры лишь слегка подталкивают смежный ком ассоциаций, вспугивают стаи ощущений - а дальше нарастает необратимый и страшный по сипе процесс в черепной коробке. "Вытаскивать на сцену реальность, - объясняется режиссер, - это, по-моему, убийственно скучно, недопустимо Это лишает зрителя волшебной свободы домысливания, погружения в собственный мир. Театр должен оставлять огромное пространство для воображения, иначе у зрителя случится приступ клаустрофобии. Главное действие должно происходить не снаружи, а внутри. Спектакль - лишь абрис, намек".

"Реанимации дадаизма" явственно продолжает линию двух последних работ.

С "Превращениями" по Кафке ее роднит происхождение из изобразительного искусства, картинность, ювелирность мизансцен, как бы застывающих, чтобы на них смотрели (не секрет, что вдохновение свое Татьяна черпает из альбомов современных художников), относительная монохромность, медлительная зачарованность.

С "Пластической импровизацией для двух голосов на тему..." - лихорадочная динамика, упор на пластику, боязнь слова и, самое главное, "РД" тоже полностью авторский спектакль, не опирающийся на какую-либо пьесу. "Мы не относимся к "Реанимации" серьезно, - спешат предупредить кнамовцы, - из-за некоторых спектаклей мы были готовы передраться и передирались чуть не до крови, а этот вышел так непринужденно, что мы сами до конца не верили, что он будет показан, а не останется лишь экспериментом и тренировкой. Для нас он - только мостик к глобальной работе; где мы используем все приемы и наработки, возникшие во время работы над "Реанимацией". Это мост не только для нас, но и для зрителя его надо подготовить. Иначе, боимся, следующий спектакль придется назвать "Прощание со зрительницей", потому что к концу спектакля из зала уйдут все, и последней уйдет непременно женщина - какая-нибудь преданная восторженная зрительница, которая тоже этого не выдержит!"

Они смеются, конечно, но кто его знает... В некоторые моменты большинство зрителей смотрят либо вниз, будто спят, либо вверх, так что видны лишь белки - зритель настолько закомплексован, что не в силах смотреть на, в общем-то, безобидные и красивые сцены без странного стыда, даже сознавая, что за ним никто не наблюдает со стороны! Две зрительницы, приведшие своих 15-летних сыновей, после спектакля сказали актерам: "Постановка просто гениальная! Ho.. зачем вы детей пускаете?" Я же ничего не сочла в спектакле стыдным или пошлым: символическая любовь втроем смотрелась очень трогательно и красиво, а сцены одинокого секса поистине трагично. "Может быть, после пребывания в европейских странах, не знаю, но трагедия несовместимости свободы и любви кажется мне остро актуальной для нашего времени, - говорит Фролова, - современный человек очень обособлен, трясется за свою независимость, это принимает болезненные формы. Каждый в своей скорлупе, не хочет никого пускать к себе в душу, панически боится страстей, которые могут ее растеребить. И в то же время каждый безумно нуждается в любви, но позволить себе ее не может, потому что любовь неотделима от зависимости, ведь любить - значит полностью сконцентрироваться на одном человеке, постоянно думать о нем. При этом любовь живет только в твоей голове, а не в любимом человеке, он может быть каким угодно, от другого человека, по большому счету, ничего не зависит, просто ты ассоциируешь с ним свой кайф, и начинает казаться, что он может быть связан только с ним. Он становится твоим наркотиком, а это приносит обоим много неудобств. И самое страшное мы обречены сознавать, что даже вместе одиноки. Ведь - черт! - свой оргазм ты не можешь разделить с другим, он его не почувствует - это страшное одиночество!" - очень эмоционально вспыхивает Татьяна, и на лице ее отражается неподдельная тоска.

Эта постановка необычна еще и тем, что актриса в ней задействована только одна - Елена Бессонова, а остальные два действующих лица - танцоры Ирина и Сергей Бурлак. Посему пластика доселе невиданного качества.

Весь спектакль зрителям, как тычки в бок, подсовываются провокации - такие повороты, которые кажутся неотрепетированными, незапланированными, но на самом деле вплетенные в сюжетную ткань с умыслом А умысел в том, чтобы не дать зрителю заснуть, чтобы тыкать и тыкать его весь спектакль, вызывать в нем неподдельные чувства (будь то немалое раздражение или сострадание к "лажанувшему" актеру). О том, что будет масса провокации, зрителей тоже предупредили заранее. Поэтому даже когда по среди спектакля в зал вошла администратор театра (подумавшая, что уже конец, потому что зрители начали аплодировать), зрители восприняли это как часть действа. А посвященные давили смех...

В общем, что я тут распинаюсь - у вас есть возможность увидеть это своими глазами, услышать своими ушами, почувствовать мурашки собственной спиной...

Р. S. После гастролей КнАМа в Хабаровске показ "Реанимации дадаизма" возобновится - следите за рекламой!



назад Вернуться на главную страницу театра вперед

"Великое вблизи неуловимо..." | На главную страницу театра | Реанимация дадаизма...

© 2001 Театр КнАМ
knam@theatre.ru
г.Комсомольск-на-Амуре
пр.Первостроителей, 15
Тел. (42172) 370-88